Последний аргумент

Сонливость улетучилась мгновенно. Я оглядел то, на чём спал. Кровать. Да, бесспорно. Вот только не моя кровать! У меня была широкая, двуспальная, а это… это… даже не знаю, как назвать. Обыкновенный ортопедический матрац, лежащий на чём-то металлическом. Или не металлическом?

Я постучал костяшками пальцев по краю. Какой-то совсем уж лёгкий сплав. Не пластмасса, но и не металл.

Очень странно!

Я огляделся по сторонам. У дальней стены виднелся большой экран плазмотрона, слева, вроде бы, письменный стол с креслом, шкаф. На противоположной стене - небольшое окошко округлой формы, позволяющее едва различимому свету пробиваться в комнату.

Полумрак окружал контуры предметов, не позволяя полностью их идентифицировать. Неужели ещё ночь?! Я прислушался к своим ощущениям. Да нет! Биологические часы говорили, что сейчас восемь утра.

Фантастика!

Ну надо же - проснуться в незнакомом месте и не в своей постели! Теперь бы ещё обнаружить рядом мирно спящую девушку неописуемой красоты, и для счастья больше ничего не нужно. Разве что кофе в постель.

Я ещё раз улыбнулся и на всякий случай повернул голову. Мирно спящей красивой девушки не было.

Правильно. Это не сказка, и не сон. Это мечты любого мужчины, не помнящего, что с ним произошло накануне. Я мысленно представил себе, как на такие вот мечты отреагировала бы моя девушка, и завертел головой. Ужас. Было бы очень больно!  

Ладно, шутки в сторону. Я не завёл себе любовницу, это точно. Но тогда где я?!

Легко задавать себе вопросы, ничего при этом не делая. А всего-то чтобы всё выяснить необходимо встать и выйти из комнаты.

Впрочем, никакого дискомфорта я не испытывал. Было лишь немного беспокойно на душе. К девяти нужно появиться на работе. Если сейчас ночь – хорошо. Успею заехать домой, принять душ и позавтракать. Однако, я не знаю как далеко и, главное, откуда придётся ехать. Здорово, если меня занесло к друзьям, которые живут в паре кварталов от меня. А если я махнул в Лондон?

От перспективы пробудиться в столице Великобритании я поёжился.

– Никакого Лондона! – я замотал головой. – Это родной Киев. Столица Украины, город на Днепре! Всем ясно?

Я сел на кровать, массируя виски. В голове немного гудело, как после взрослой пьянки. Да уж. Хорошо, видать, я вчера поддал, раз не помню, как очутился в незнакомом месте.

Нет, не подумайте, я вовсе не заядлый гулёна, лакающий спиртное без всякого повода после работы. Повод как раз был. Удачно проведённая сделка принесла нашей фирме солидную сумму, четверть которой благополучно перетекла на мой личный счёт в Швейцарии. Теперь я мог совершенно не беспокоиться о своей старости.

Старости… я мысленно отмахнулся от этого слова, как от надоедливой мухи, и попытался поразмыслить.

Так… Ресторан, в котором мы гуляли, я помню. Официанток в коротеньких мини-юбках - тоже. Тьфу! Тоже мне, нашёл что вспоминать. Что было после того?!

Я побарабанил пальцами по краю кровати.

Мы с Максом спустились в подвальное помещение поиграть в бильярд. После того, как я выиграл у него три партии подряд (давно заметил, что пьяным везёт везде и всюду), друг обиделся и предложил выпить. Мы приняли ещё по чуть-чуть, а дальше…

Чёрт его знает, что было дальше. Может, мы с Максом поехали к нему на дачу догуливать?!

Я поднялся с постели. Будем выяснять!

Так, а это ещё что такое?! Почему на мне моя пижама?! Не веря в происходящее, я пощупал материал предмета личного спального туалета, подаренного любимой на двадцать третье февраля. Что же получается? Я сперва заехал домой, захватил пижаму… а потом только поехал к Максиму?

Зачем?!

Бред какой-то!  

Удивлённо поморгав, я забеспокоился ещё больше. Нет, здравый ум юриста подсказывал, что всему наверняка найдётся вполне рациональное логическое объяснение. И тому, как я здесь оказался, и наличию пижамы, и даже странной обстановке. Оно еще просто не пришло мне в голову.

Я потопал в дальний конец комнаты.

Почему так темно вокруг?!

– Свет-то здесь есть? – спросил я, ни к кому конкретно не обращаясь.   

Словно по команде, потолок осветило беловатое свечение.

Я остановился посреди комнаты и задрал голову вверх.

Вот те и на! Ни лампочек, ни люстр, а просто светящийся потолок. Это по-настоящему круто! Галогеновые технологии с распознаванием речи шагнули далеко! Надо будет взять у Макса телефончик изготовителя. Обязательно поставлю и себе. Надоело дистанционкой пользоваться.

Я подошёл к плазменному экрану телевизора. Интересно, тоже речь понимает?!

– Включить! – приказал я, ни сколько не сомневаясь в том, что он послушается.

Экран никак не отреагировал.

Ага. А тут, видимо, на новые технологии Макс поскупился. Ну, да Бог с этим.

То, что я сперва принял в полумраке за стол, оказалось пианино. Не знал, что мой друг музицирует. Благо, хоть шкаф не изменил своей формы и остался обыкновенным шкафом-купе.

Покуда я шастал по комнате, кровать сама застелилась, и уползла куда-то в нишу стены. Обернувшись на лёгкое шуршание за спиной, я разинул от удивления рот, а потом так же молча его захлопнул. Покачал головой.

– Блин! Шайтан ты, Макс! – я почесал затылок.

Ну-с. Ещё сюрпризы будут?

Недалеко от уползшей кровати обнаружилось вечнозелёное пальмовое дерево. Юкка. Кажется, так его называют. Интересно, она самополивающаяся, или нет?!  

И только тут я осознал, что именно всё это время не давало мне покоя. В комнате не было дверей. Вообще. Только одно окно, выходящее непонятно куда, ибо оно было закрыто снаружи чем-то наподобие жалюзей, позволяя свету едва-едва проникать за их пределы. Я бы не удивился, если б это оказалось вообще не окно, а часть общего антуража. Или же какое-то хитрое приспособление, о предназначении которого можно лишь только догадываться.

Что же это за комната такая без дверей? Так не бывает! Может, Макс решил забабахать себе люк, как на космических кораблях, створки которого разъезжаются в стороны?!

Я пристально оглядел стену, вполне подходящую для этих целей. Постучал. Очень странно. Тот же сплав, из которого была сделана и кровать. И обоев на стенах нет. Просто бежевая покраска.  

А я точно у Макса на даче? Сомнения закрадывались постепенно, всё больше затрагивая струны инстинкта самосохранения, который ещё не орал: «Пора сматываться!», но уже тихонько напоминал о себе, учащая сердцебиение и, соответственно, пульс.

– Комнат без дверей не бывает, – я старался рассуждать логически. – Мебель сюда как-то приволокли. Пианино, кровать, тот же шкаф. Стало быть, выход есть. Из чего можно сделать вывод, что я просто не знаю, где он и как им воспользоваться.

Давно заметил, что люди очень часто впадают в панику от непонимания ситуации. От боязни неизвестного. Но я к таким не принадлежал.

Я ещё раз очень внимательно прошёлся по всем стенам комнатки, постукивая костяшками пальцев по непонятному сплаву, и пытаясь найти хоть что-то. Увы, люка не было, а если и был, то обнаружить его мне не удалось.

Может, он в полу?! Я представил такую картинку, и почему-то Макса, вылезающего из него, и рассмеялся. Да ни в жизни!

Какие ещё варианты? Замаскирован шкафом?! Я сам всегда мечтал о такой вот секретной комнатке.

Однако сколько я ни старался, мои попытки отодвинуть шкаф-купе успехом не увенчались. Тяжелющий, зараза!

– Замуровали, демоны! – вспомнилась фраза из старого доброго фильма Гайдая. – Замуровали!

Я захихикал и, чувствуя себя полным идиотом, на всякий случай осенил стены крестом. Не помогло, конечно. 

Ладно. Раз я не могу найти выход, будем привлекать к себе внимание иным образом.

Подсев к пианино, я поднял крышку инструмента.

 

Скажу честно, игрок на клавишных из меня, как из слона шпион-разведчик. Ну нет у меня ни слуха, ни голоса, ни способностей к музыке! И хотя моя девушка, окончившая несколько лет назад консерваторию, неоднократно пыталась обучить меня игре на пианино, всё, чего я достиг – это простенькой мелодии Ennio Morricone из фильма „Профессионал”.

Когда у нас дома появлялись гости, что случалось довольно-таки часто, я с удовольствием начинал вечер с демонстрации своих музыкальных способностей, весьма уверенно исполняя эту мелодию. Затем, чтобы старина Ennio бесперебойно не икал на другом конце света, и, ссылаясь на необходимость сервировки стола, я быстренько смывался от инструмента, уступая его своей любимой. Вот кто-кто, а она играть умела первоклассно!

От Лунной сонаты просто перехватывало дух, Фантом Оперы завораживал не хуже картины Моны Лизы, а то, как девушка исполняла песню из кинофильма «Титаник», заслуживало тысячи Оскаров, или что там дают за игру на пианино?! Впрочем, неважно.

За три года, что мы были с ней знакомы, я так пристрастился к музыке, что уже не представлял себе дальнейшей жизни без волнительных вечеров под аккомпанемент инструмента эпохи романтизма.   

Кстати, нужно будет прикупить для любимой новое пианино. Видел недавно в магазине. Самонастраивающееся, с различным электронным наполнением, которое совсем не отягощает классики звучания…     

Я отвлёкся от нахлынувших мыслей и с удовольствием прошёлся по клавишам, имитируя Баха. А поскольку Баха я исполнял точно так же, как жираф исполняет арию «Bella mia fiama, addio»[1], то здраво уверовал, что моя игра и мёртвого из могилы поднимет. А раз так, значит совсем скоро придёт вызволение!

Вызволение… – я хмыкнул. Как глупо звучало это слово. Но как реалистично по отношению к данной ситуации!

Через некоторое время бесцельного бренчания, что было откровенным надругательством над пианино, я понял, что хочу домой. Хочу перед работой разбудить свою девушку поцелуем, хочу приготовить ей завтрак, хочу… ммм… не при детях…

Я, что же… начинаю паниковать?!

Да, чёрт возьми!

Мне совсем не нравилось место, а котором я очутился. Без дверей, без каких-либо вещей в шкафу - я специально заглядывал. Светящийся потолок, неработающий телевизор, самозастилающаяся кровать! Странно это всё. И очень подозрительно!

В груди родилось чувство беспомощности. Рассудок всё чаще начал подавать признаки беспокойства.  

Нет, я не у Макса дома. И не у других знакомых. Более того, мне показалось, что я вообще НЕ ДОМА!

Продолжая активно прохаживаться пальцами по клавишам и пытаясь погасить возникшее в душе волнение, я не сразу сообразил, что что-то изменилось.

Стало прохладней, будто кто-то включил кондиционер. Причём, лёгкий ветерок шёл откуда-то сверху. Я поднял взгляд на потолок и замер. Руки застыли над пианино.

Там, где ещё несколько секунд назад был потолок – образовалось прямоугольное отверстие.

Люк!

Его створки разъехались в стороны, открывая мне вид на полукруглый корпус с иллюминаторами, очень напоминающий…

– Едрить твою налево! – я непроизвольно взял ноты вступления похоронного марша. – Летающая тарелка!

 

Покуда я сидел с выпученными от удивления глазами и выражением лица филина, которому перед носом скрутили фигу, что-то начало происходить. Послышался едва слышный гул, как если бы запустили какой-то механизм. Через секунду я понял, в чём дело. Верх стремительно начал двигаться мне навстречу. Я даже заморгал от неожиданности, пытаясь понять, как такое возможно. Потом сообразил. Это площадка моего временного пристанища ползла вверх, вместе со шкафом купе, юккой и, собственно, мной-родимым, сидящим на табуретке перед пианино.  

Но самое удивительно было не это. Движения не ощущалось. Словно я никуда не двигался, а всё вокруг было плодом моего больного воображения. Если бы это было так, я даже согласился бы на одноместную комнату в психиатрической больнице и смирительную рубашку в придачу. По крайней мере, я был бы уверен, что окончательно свихнулся, напился до зелёных человечков и летающих тарелок, но что меня обязательно вылечат!

Я вплыл в просторный зал. Как и следовало ожидать, он не пустовал. В нескольких метрах от меня стояла группа… гм… пришельцев? Мне сложно было описать тех существ, которых я увидел. Они мерцали, словно допотопный телевизор, передающий то чёткую, то нечёткую картинку изображения. Высокие, плечистые, с необычайно тонкими руками и ногами. На лицах какие-то белые опять же мерцающие маски, хотя, может, это и было истинное обличье инопланетян.     

«Ну вот, Санёк. Приплыли. Сейчас тебя попросят сыграть Мурку!», – съехидничал внутренний голос и начал истерически похихикивать, едва не вырываясь наружу.

Я попытался привести разрозненные мысли в порядок и рассуждать здраво.

Значит, меня похитили инопланетяне…

Что?! Меня похитили инопланетяне?!

Спокойно! С этим уже ничего не поделаешь. Какими бы ласковыми словами я не называл этих пи…., а также всё, что о них думаю, ситуация не изменится.

Ладно. Едем дальше.

Я жив, здоров, и это радует! Убивать меня явно не собираются, ибо они могли сделать это сто раз, покуда я спал. Значит, худюсикам-телевизорам что-то нужно. Хорошо. Это выяснили.

Но что именно им нужно?

Хоть убейте, но я никак не мог себе вообразить, зачем иной форме жизни понадобился обыкновенный юрист, пусть и окончивший престижный ВУЗ страны! Весьма сомнительно, что им могут пригодиться мои профессиональные навыки.

Тем временем, из толпы отделился один из инопланетян и медленно поплыл в мою сторону. Он именно плыл, не передвигая ногами по полу, что поставило под сомнение их физическую оболочку тела.

«Пишите письма мелким шрифтом, Санчо!» – весело продекламировал голос внутри меня и снова засмеялся.

Понятное дело, защитная реакция организма пыталась приспособить мой мозг к происходящему с наименьшими потерями для рассудка. Но покуда я и сам справлялся с этой нелёгкой задачей. Страх ещё был не настолько силён.  

Телевизор подплыл ближе.

«Шпрехен зи Дойч?», – мелькнуло в голове.

Я улыбнулся. Вряд ли они понимают земные языки. Наверняка, используют другие способы общения. Например, чтение мыслей. В какой-то книжке, по-моему, было нечто подобное.

Инопланетянин замерцал ярче,  на его лице проступили глаза, нос и губы.

Чего-то такого я и ожидал, поэтому никак не отреагировал на его метаморфозу.

Существо изогнуло рот в жалком подобии улыбки, глядя маленькими карими глазами на меня.

«И вам здрасьте!» – сострил внутренний голос, уже не смеясь, а откровенно злорадствуя. 

Инопланетянин ещё раз поэкспериментировал с улыбкой (снова получилось жутковато) и шевельнул рукой, указывая куда-то мне за спину. Заинтересованный, я обернулся.

И ситуация мне стала нравиться еще меньше.

Позади меня, на почти идентичных моей площадках, находились ещё четыре человека.   

Они все смотрели на меня так же удивлённо, как и я на них.  

Симпатичная русоволосая девушка в розовом халатике приветливо, но как-то неуверенно махнула мне рукой. Седой мужчина в строгом тёмном пиджаке неопределённо пожал плечами. Пожилая женщина с добродушным лицом подарила мне улыбку и стеснительно опустила взгляд. На ней была длинная ночная сорочка в цветочек.

Позади всех стоял крепко сбитый молодой человек в чёрных штанах свободного покроя и резиновых шлёпанцах. Оголённый торс, казалось, совсем его не смущал. Впрочем, у парня и не могло быть причин для смущения. Рельеф мышц на его теле вызывал безмерное уважение.

Никакого беспокойства он не проявлял, как будто находился не на летающей тарелке вполне реальных существ неземной цивилизации, а где-нибудь на отдыхе среди своих друзей. Парень задумчиво смотрел то на меня, то на пришельцев и не говорил ни слова. Сильный, волевой человек! Хотелось бы и мне быть таким.

В глубине души я содрогался от постепенно проявляющейся безысходности и собственной беспомощности, но окружающим старался этого не показывать, оставляя лицо беспристрастно-спокойным. 

Я повернулся к инопланетянину, всем своим видом демонстрируя крайнее возмущение.

Представитель иной формы жизни махнул своей длинной лапкой и в воздухе соткался небольшой экран. По нему быстро заскользили буквы, складываясь в предложения.

Я покачал головой.

От блин. Это же русский язык!

«К сожалению, мы не можем говорить на вашем языке, из-за отсутствия голосовых связок, но мы прекрасно его понимаем» – проплыли перед глазами строки текста.

 – Что всё это значит, зачем вы нас похитили? – начал я, не особо веря, что мне так вот сразу всё и объяснят.

«Похитили – неправильное слово!» – показал экран.

Неправильное? А как это тогда называется? Космическая прогулка? Вечеринка «У пришельцев»?

Мда. Если я выберусь из этой передряги живым, нужно будет обязательно подать на рассмотрение в Верховный совет законопроект относительно необходимости добавления новой статьи в Уголовный кодекс Украины: «Похищение человека пришельцами из космоса. Карается штрафом в размере полумиллиарда евро, бесплатной извозкой в космос, а также возможностью использования инопланетян в домашних целях в виде старинных телевизоров», – я мысленно захихикал и также мысленно отвесил себе подзатыльник. 

– Объяснить не желаете?

Существо инопланетной цивилизации совсем по-человечески подняло и опустило плечи. Экран раздался вширь и поднялся выше, чтобы его также могли видеть остальные люди. 

«Земляне! Мы собрались здесь с очень важной целью!» – бежали буквы. – «Среди вас – представители наиболее значимых земных профессий. Учитель, политик, военный, врач и юрист…»

Я обалдело уставился на экран. Ну нифига себе! Интересно было бы узнать критерии, по которым они определяли значимость той или иной профессии и каким нелепейшим образом среди них оказался юрист?! Почему тогда уж не дворник или парашютист?! А как же учёные и строители? Списаны в резерв?!

«…И именно от вас зависит дальнейшее благополучие человеческой цивилизации!»

– Что-то я начал плохо соображать, – послышался недовольный голос парнишки-спортсмена, наверняка военного. – Не говорите загадками. Что вы от нас хотите?

«Многие века за жителями Земли неустанно велось наблюдение. Его итоги печальны: человечество прекратило своё полноценное эволюционирование. Ваши технологии развиваются в неправильном направлении, из-за чего экология планеты страдает изо дня в день. Вы похожи на зарвавшихся паразитов, считающих себя вправе повелевать всем! Постоянно устраиваете бесцельные войны, истребляя друг друга ради своей же глупой корыстности. Мы считаем вас тупиковой ветвью развития, не представляющей для нас интереса. Земляне должны быть уничтожены!».    

– Да вы с ума посходили! Что вы себе позволяете? – воскликнула девушка в розовом халате, повышая голос.

– Это безобразие! – поддержал её мужчина в костюме, видимо политик, и вскинул вверх указательный палец, будто выступая с трибуны – Мы не заслуживаем такого обращения и не намерены этого терпеть! Уже завтра вас в порошок сотрут наши ракеты! Показать вам наши передовые технологии стеллс? О, вы узнаете! От этой летающей тарелюлечки и винтика не останется! Я вам гарантирую! Так что предлагаю убраться восвояси и не марать наше небо своим присутствием! Понятно вам?!

Истратив весь свой красноречивый пыл, политик замолк, жадно хватая ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег.

– Братья по разуму, тоже мне, – спокойно отреагировал парень и в сердцах сплюнул на пол. – С какой-то совсем уж извращённой логикой…

– Боюсь, логики у них нет вообще, – пожилая женщина печально покачала головой.

Я не проронил ни слова. В задумчивости потёр подбородок. Всё же, доля здравого зерна в словах инопланетян была. Но не до такой же степени!

Мда… Как сказали бы французы: «ситуасьон террибль!».   

Тем временем, полностью игнорируя реплики людей, экран продолжал:

«Ваше негодование вполне понятно, мы предвидели такую реакцию. Именно поэтому все вы здесь. Для урегулирования создавшегося положения, мы предлагаем следующее…»

– Можете эти предложения засунуть себе глубоко в…, – политик не договорил. Рот его внезапно захлопнулся, и мужчина судорожно начал ощупывать свои уста руками, пытаясь понять причину вынужденного молчания.

«Вы ещё и плохо воспитаны! Никакой культуры!» – показал экран. – «Что лишь подтверждает наши выводы».

– Мы готовы слушать…, – я взял слово, сам кипя от негодования не меньше, и стараясь не ввернуть длинную замысловатую фразу, вертящуюся на языке.

Спокойно, главное не суетиться! Партия ещё не проиграна. Фигуры только лишь расставлены по своим местам.

Инопланетянин внимательно посмотрел на меня, подарил полуоскал-полуулыбку и кивнул.

«Совет решил дать вам шанс! Мы предлагаем каждому из вас, несущим различные полезные для человечества знания, обосновать необходимость своего существования. Привести аргументы против вашего уничтожения. И если они окажутся убедительными, мы изменим своё решение!».

«Боже Всемогущий, помоги немощным! Они рехнулись!» – встрепенулся внутренний голос, и я с ним полностью согласился.

Скажите на милость, ну как можно убедить иную космическую цивилизацию, которая не имеет ни малейшего представления о человеческой жизни, о необходимости существования людей?!

Да, пришельцы долгое время вели наблюдение за нами. Но откуда?! Сверху! С высоты нескольких десятков километров, лишь в некоторых случаях вступая с людьми в прямой контакт. Что они знают об отношениях и чувствах? О людской жизни с её взлётами и падениями?! Да ничегошеньки!

Это всё равно, как если я буду объяснять глухому, что такое музыка, а незрячему – что такое закат в Крыму!

Похоже, что все присутствующие люди думали о том же. Девушка закрыла лицо руками. Политик враз как-то стушевался и поник. Женщина печально покачала головой, а военный молча сел в стоящее рядом кресло, демонстративно отвернувшись от экрана.  

Я обвёл их взглядом, покачал головой и тяжело вздохнул. 

Нужно думать, Саша! Нужно думать, если хочешь снова когда-нибудь увидеть свою любимую! 

 

– Ну почему я, а? Почему из всех врачей выбрали именно меня? – Виктория всхлипывала, вытирая слёзы рукавом халата.

Как я её понимал! Ибо также неоднократно задавал себе этот вопрос. Сколько юристов в Киеве! Почему я? Однако будь на моём месте кто-то другой, он наверняка бы спрашивал то же самое…

Так уж случилось. Планеты ли стали в линию, или всё было заранее предопределено, это теперь не имеет значения. Итог один. Крайним оказался я. Ничего не изменишь. Если и есть судьба, спасибо ей огромное! 

Вика не помнила, как очутилась на летающей тарелке. Поздним вечером она возвращалась домой из частной клиники, где работала гинекологом. Уже почти у самого дома машина внезапно заглохла, а через несколько секунд девушка потеряла сознание. Очнулась уже здесь.

С остальными произошло то же самое. Учительницу похитили из дому. Политика – с какой-то презентации из ресторана, а военного на пути в тренажёрный зал.

Всё происходило как под копирку. Сначала провал в памяти. А через некоторое время перед глазами возникала странная комната без дверей…    

Мы находились в уютном светлом гостевом отсеке корабля, любезно предоставленном пришельцами, в котором было всё необходимое, чтобы обдумать создавшееся положение как следует.

Холодильник, до отказа забитый всевозможными продуктами, мини-бар с многочисленными бутылками минералки, газировки, алкоголя и ещё неизвестно каких напитков, работающий телевизор и пять диванов, стоящих вокруг хрустального столика, на которых запросто мог уместиться и слон. На столике стояла широкая хрустальная ваза с конфетами.  

Но от одного вида еды воротило, пить не хотелось, а телевизор было смотреть просто глупо.

Инопланетяне дали ровно час на размышления. После истечения этого срока нам предстояло держать экзамен на выживание. Так в шутку мы прозвали испытание, затеянное существами неизвестной цивилизации.

– Да блефуют они! Не могут они уничтожить людей! Если бы могли – давно бы уничтожили и нас бы не спрашивали! – Валентин Лазаревич, политик из оппозиционной президенту партии, сразу налёг на выпивку. Отвинтив колпачок «Столичной», он приник к бутылке, как младенец к груди матери. Затем, закусив это дело конфетой и видя наши удивлённые взгляды, признался, что так ему легче согнать шоковое состояние и придумать, как выпутаться из этой неприятной истории.

– А может, они действительно уважают мнения людей? – Олег, старший лейтенант оперативной группы Альфа киевского спецназа, сидел на диване сложив руки вместе, время от времени покачивая ногой.   

Он был моим ровесником, но выглядел намного старше. Мужественнее.

Держался парень молодцом. Впрочем, это и не было удивительным. Этот человек был военным. Прошедшим огонь и воду жестокой армейской школы. У него не было семьи, чтобы за кого-то переживать. А за себя он не беспокоился, ибо верил, что со смертью человеческая жизнь не заканчивается.

Мне импонировал его философский подход к жизни, ибо у меня был почти такой же. Вот только в отличие от него, я не мог не переживать. На Земле остались мои родители, а также самая любимая и желанная для моего сердца девушка, без которой я не представлял своей жизни. Ни на Земле, ни где бы то ни было ещё…

– Ты в это веришь? – слабым голосом спросила Мария Ильинична, пятидесятилетняя учительница русского языка и литературы старших классов.

– Я хочу в это верить! – кивнул ей Олег. – Очень хочу!

Мне тоже хотелось верить, что нам оставляют реальный, а не мифический шанс на выживание. Я почему-то нисколько не сомневался, что пришельцы могут уничтожить людей. Кто знает их технологии? Запустят какой-нибудь ядовитый газ в атмосферу, устроят всемирное наводнение, нанесут атомный удар, да Бог знает ещё что…

С другой стороны, я просто понятия не имел, о чём следует говорить с пришельцами, чтобы переубедить их оставить нас в покое. О душе, о чувствах? Черт его знает…

Поэтому я тынялся по отсеку корабля, теребя в руках конфету, чтобы чем-то занять руки и старался прислушиваться к рассуждению остальных.

Через сорок минут пустых разглагольствований компании я понял, что если ничего срочно не предпринять, всё пропало. Мои союзники, казалось, были полностью лишены способности мыслить. Таких слабых аргументов в пользу существования человечества я ещё не слышал. А печальнее всего было осознание того факта, что я ничем не отличался от них, ибо сам не мог придумать ничего толкового.

Ровно через час створки люка плавно разъехались в стороны.

– Хоть часы по ним сверяй, – Олег улыбнулся Виктории, с которой успел мило побеседовать о жизни, и поднялся с дивана.

Девушка задержала на его лице взгляд и улыбнулась в ответ.

– Красноречивее и быть не может, – политик поставил бутылку водки на стол. – А что если мы откажемся участвовать в их глупой забаве?

Мы с Олегом переглянулись.

– В таком случае, полагаю, нам только и останется, что опустошить все бутылки спиртного, а потом застрелиться! – я в упор посмотрел на Валентина Лазаревича. – Но я предпочту всё же с ними поговорить.

– Хехе, а про выпивку идейка мне понравилась! – политик помотал головой, словно бык на корриде, и направился к люку.

Мы все молча последовали за ним.     

Уже у самого выхода я на секунду задержался, чтобы перекреститься. Не скажу, что был таким уж верующим, просто с замиранием сердца осознал, что теперь от гибели нас может спасти только ЧУДО!  

 

Пятеро инопланетян, похожих друг на друга словно сиамские близнецы, стояли полукругом перед глубоким чёрным креслом, изучающе наблюдая, как мы выходим из отсека. 

«Вы готовы к беседе?» – показал экран, материализовавшийся в воздухе.    

– А у нас есть выбор или время ещё подумать? – спросил Олег.

«Нет. Вопрос был риторическим», – мигнул экран.

– Превосходно! – Политик был на веселе, так как вылакал в одиночку почти целую бутылку водки. Тем не менее, Валентин Лазаревич держался бодро, осоловелым взглядом заглядываясь на Вику.

«Кто из вас начнёт? Нам крайне любопытно услышать ваши доводы!»

– Я! – Олег выступил вперёд. Подошёл к креслу и опустился в него, не отводя взгляда от пришельцев.  

Экран подплыл ближе и остановился напротив парня.

«Мы слушаем» – показались буквы.

– Человечество само по себе - уникальная раса! – начал Олег. – Оно обладает тем, чего лишены животный и растительный мир. Разумом! Благодаря ему люди несут в себе колоссальный потенциал! Благодаря ему мы способны изменить мир к лучшему! Создать новые более безопасные и благоприятные технологии! Глубже освоить космос! Возможно, отыскать во Вселенной иные формы жизни, – парень сделал небольшую паузу и с надеждой посмотрел на экран.

Тот пустовал.

– Человечество развивается с каждым днём! С каждой минутой происходят изменения в лучшую сторону. Знаете, у военных есть правило: «Нельзя останавливаться на полпути к победе, даже если у тебя не осталось чем воевать». Вот почему мы не заслуживаем уничтожения!    

Я улыбнулся. А Олег всё-таки молодец! Что ни говори, его речь проняла даже меня! Там, в совещательной комнате, он планировал рассказывать о войне землян и инопланетян, которая вне всякий сомнений наступит, если наши аргументы не возымеют  действия. А также о тех разрушениях и жертвах, которые она принесёт каждой стороне…

Пришельцы замигали. То ярче, то тусклее, видимо, переговариваясь между собой.

«Мы ценим ваш разум. Но ваши слова неискренни. Это оттенок приятной лжи, в которую вы сами хотите верить, Олег! Мы не слепые и видим, что происходит на Земле. На самом деле, развитие человечества загонит его в тупик. Вы не способны к созиданию. Лишь к разрушению! Ваш аргумент не принят! Кто будет говорить следующим?»

– Вашу м… – политик испуганно прикрыл рот рукой и замер, боясь снова быть наказанным.

Я опустил голову, мысленно ругаясь.

Олег хмыкнул и выбрался из кресла.

– Если вы не приняли этого, вы не примете ничего другого… – он развернулся к мерцающим существам спиной и неторопливо подошёл к нам.

«Ничего не можем поделать. Вы нас не убедили. Просим следующего человека занять кресло».

– Давайте я пойду, какая разница! – Вика посмотрела почему-то на Олега, затем на меня и закусила губу.  

– Удачи… – прошептали мои губы, едва слышно.    

Девушка кивнула. Подошла ближе к экрану и опустилась в кресло.

– Ценнее всего, что только может быть на свете, – это дети! Человеческая раса наделена способностью размножаться и дарить новую жизнь! А возможность поддерживать процесс эволюции, в свою очередь, может изменить весь мир! С его государственными образованиями, устоявшимися обычаями, технологиями, а также всеми иными несовершенными гранями, о которых вы говорили! Ведь каждое новое поколение – это вызов предыдущему! Это маленькая Вселенная, которая со временем видоизменяется, привнося новое благо! Наше потомство – это наша гордость и надежда на лучшее! Неужели нерождённые ещё дети должны страдать за наши ошибки? Неужели они заслуживают того, чтобы вы отобрали у них самое дорогое – их жизнь, их светлое будущее?!...

Девушка закончила говорить. Стало тихо. Существа внеземной цивилизации мигали, обмениваясь информацией.

«Аргумент не принят!» – словно хлыстом, проходящимся по спине, через несколько секунд ответил экран.

У Виктории на глазах выступили слёзы.

– Вы… не понимаете… неужели у вас нет детей?

«Мы не биологические существа. Процесс размножения у нас происходит посредством деления информационной оболочки одной особи надвое с последующей передачей второй половинке жизненного опыта. Процесс длится менее десяти секунд и не является столь важным. Продолжительность существования информационной оболочки может исчисляться десятками, сотнями, тысячами лет.

Физиологическое размножение, которым пользуетесь вы, земляне, ослабляет ваш организм. Мы провели ряд исследований. Один половой акт уничтожает множество жизненно необходимых клеток, которые не восстанавливаются. В итоге, из поколения в поколение люди будут всё больше слабеть. Мы не видим причин оставлять человеческую расу в живых из-за потомства, способного изменить будущее, которого у него просто нет».  

Девушка поднялась из кресла.

Покачала головой и еле слышно что-то прошептала.

Я вздохнул. Честно говоря, предполагал, что её аргумент насчёт потомства не пройдёт. Слишком всё банально и совсем по-человечески. А в данной ситуации не стоило забывать, что мы имеем дело не с людьми…  

 

Вы никогда не задумывались, почему в процессе подготовки к чему-либо, будь-то экзамен или масштабная презентация, порою тебя не посещают никакие идеи? Мыслей нет, и всё, на что ты способен, – это уговаривать себя что-то придумать. Но стоит тебе очутиться на той же презентации, как мозг начинает активно работать, подкидывая одну идею за другой.    

Всему виной, наверное, сам апогей ситуации. Когда человеку некуда деваться и не на что рассчитывать, кроме как на свои собственные силы. Мозг оказывается в безвыходном положении, и организм включает рефлекторную реакцию, чтобы выйти из создавшегося положения с наименьшими потерями.

Думаю, с Мариной Ильиничной происходило сейчас то же самое. Она с воодушевлением принялась убеждать пришельцев в необходимости существования человечества, хотя перед этим в отсеке корабля не могла связать и двух слов.    

– Один великий философ сказал: «Красота спасёт мир!» В данном изречении под красотой понимается не только красота окружающей нас среды, предметов архитектуры или искусства. Эти слова относятся также к внутреннему миру человека, его душе и чувствам. И моя задача в том и состоит, чтобы научить наших детей видеть её, ощущать на себе и привносить в мир.

Учительница сделала паузу - для того, чтобы поправить чёлку, - и продолжила: 

– Взгляните на нашу планету! Послушайте музыку, почитайте книги! Сходите в Лувр, полюбуйтесь картинами и вы поймёте, что уничтожать подобную красоту просто кощунственно! Сколько усилий было приложено, сколько жизней потрачено, неужели наши старания пойдут по миру?! Этим миром прежде всего правит духовность! Любовь и чувства… Материальные аспекты нашего развития, в том числе упоминаемый вами технологический процесс, лишь подоплека истинной сущности человека! Его душевного созидания…

Я показал Марине поднятый вверх большой палец. Отличная речь!

Она улыбнулась.

Ну же…

На этот раз пришельцы даже не совещались. Почти сразу же на экране стали появляться буквы, складываясь в слова, а затем и в предложения.

«В отличие от вас, у нас нет души. У нас иные представления о красоте и об искусстве. О чувствах и сущности созидания. То, что вы считаете красивым, для нас – ужасно. Более того, мы не можем понять вас, твердящих о любви и красоте, но в то же время убивающих своих же братьев по крови. И, наверное, никогда не сможем понять человеческих поступков. Когда мать лишает жизни собственное дитя, отказывается от него или же не заботится о его воспитании. Это, по-вашему, красиво?! Это истинная любовь?!

Если люди не заботятся о ближних, о какой духовности или искусстве можно вести речь?! Люди, в истинном своём обличье – самые отвратительные существа… Таково наше мнение. Ваш аргумент не принят!» – показал экран.

У Марины Ильиничны непроизвольно затряслись руки. Кровь отхлынула от лица, а глаза стали влажными.

– Я не спорю… есть некоторые личности… Но не все же такие!

Экран молчал. Инопланетяне сказали всё, что хотели. Они не сжалятся и не примут наши мольбы.

Бесчувственные эгоисты!

– Безумие какое-то! – Вика прижалась к плечу Олега, обняв его за руку.  

Политик удручённо о чём-то думал, глядя отсутствующим взглядом куда-то за спины стоящих инопланетян, а учительница неторопливо покидала кресло.

Мне нечего было добавить. Мы делали всё, что могли, но этого, вероятно, было мало.

 

– Двум смертям не бывать, одной не миновать! – Валентин Лазаревич вышел из задумчивого состояния и посмотрел на меня. – Я бы этих гадёнышей придушил  собственными руками! Но опасаюсь, что умру прежде, чем до них доберусь.

Я оторопело уставился на политика. Так вот о чём он думал! Провести диверсию и попытаться уничтожить пришельцев. Здравая мысль, ничего не скажешь. Особенно учитывая, что мы ничего не знаем об их возможностях.

– Ладно, пойду. Попытаюсь заговорить им зубы, – произнёс Валентин Лазаревич и подмигнул. – Всё-таки нас двое, а значит, ещё есть шанс!

– Ни пуха! – бросил я ему вслед.

– К нему, к нему бы их и поскорее! – ухмыльнулся политик.

Словно пытаясь тянуть время, он медленной походкой направился к креслу, немного постоял рядом, и только потом опустил в него свою пятую опорную точку.

– Тяжка жизнь землян. И так забот хватает, а тут ещё и инопланетяне объявились. И где вы взялись на нашу голову?

«Это и есть ваш аргумент?»

– И чувство юмора у вас тоже отсутствует! – политик захихикал. – Ладно, черти, фиг с вами. Вы слышали когда-нибудь о суверенитете и независимости?

На экране появился знак вопроса.

– Так вот, уважаемые, Земля – является собственностью народа, ее населяющего! И мы вправе вытворять здесь всё, что нам заблагорассудится, хоть на голове прыгать! А вы, – Валентин Лазаревич вскочил с кресла и указал на пришельцев пальцем. – Не имеете права совать сюда свои жалкие телевизионные мигающие морды! Это понятно?

Мы с Олегом переглянулись. Виктория даже немного приоткрыла от удивления рот.

Экран отреагировал сдержаннее: «Держите себя в руках, землянин!»

– Да ложил я на вас и на ваши пожелания! – политик был пьян, и его начинало нести не на шутку. – И мне пофигу, что вы хотите нас уничтожить. Однако это не пофигу всем остальным. И поверьте мне, люди вам устроят такое, что вы сами не будете рады, что очутились в нашем уголке Солнечной системы! Так что катитесь туда, откуда вы припёрлись с миром!

Закончив речь, политик устало махнул рукой и рухнул в кресло. Затем, немного подумав, уже спокойнее добавил:

– Уважайте чужое право на жизнь, господа! Вот он, – Валентин указал на меня, – юрист! Он может вам лучше меня всё досконально объяснить!

«Пусть объяснит, а ваш аргумент не принимается! Слишком долго наша раса искала благоприятную для жизни планету. И Земля нас полностью устраивает. Кроме человечества, обитающего на ней!»     

Политик резво вскочил на ноги и устремился ко мне, на ходу тараторя:

– Он вам сейчас объяснит. Так объяснит, что мало не покажется!

Я стиснул зубы.

Что он устроил?! Какую-то нелепую комедию для умалишённых. Или политик окончательно съехал с катушек от страха, или на него алкоголь так действует… но это полное фиаско!

Вика и Олег посмотрели на меня.

Я пожал плечами и покачал головой.

– Лучше бы он молчал, честное слово!

– Саш, теперь вся надежда на тебя! – Вика коснулась рукой моего плеча. – От твоих слов зависят жизни миллиардов людей.

– К тому же, ты юрист! – добавил Олег.

Я едва не рассмеялся. За кого они меня принимают? Я юрист, но не волшебник в конце-концов! И я понятия не имею, о чём следует говорить и что доказывать пришельцам!  А особенно после такого вот финального концерта юморины, затеянного политиком. Да сейчас инопланетяне думают о нас не лучше, чем о столбах, стоящих по краям от дороги! 

К тому же, я совсем не собирался убеждать пришельцев, цитируя положения Конституции и законов Украины относительно нашего суверенитета и независимости, поскольку находил эту затею совершенно сумасбродной!

Ибо не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что последует после такой вот аргументации: «Положения, о которых вы говорите, прописаны людьми. Они такие же лживые, как и вы сами! Простой пример - Ирак, в котором идёт война! О каком суверенитете и независимости может идти речь? Аргумент не принят»!

Аргумент не принят! И всё тут. Пиши - пропало. А над людьми нависнет угроза уничтожения. Просто замечательный расклад!

Я вздохнул.

Если мы будем говорить о вещах, только лишь присущих людям, провал нам гарантирован! Акцент необходимо ставить на том, что свойственно и понятно также  инопланетянам! Именно в таком случае у нас есть тот крохотной шанс на выживание, о котором упоминал политик.

«Мы ждём» – показал экран.

Я взглянул на своих товарищей по несчастью. Облизал пересохшие от волнения губы. Невообразимо тяжело держать испытание последним. Ответственность неподъёмным грузом давит на плечи, а моя ошибка может стать последней для всего человечества.

Последней…

Я посмотрел на инопланетян. На их сплочённую шеренгу… и в голове, словно искра, мелькнула мысль, заставившая внутренне улыбнуться. 

Кажется, я понял, о чём следует говорить…    

 

Было тихо. Люди и пришельцы, словно статуи, замерли в ожидании, обратив на меня свои взгляды. Первые надеялись на то, что мне каким-то образом удастся переубедить инопланетян, а вторым, думаю, было всё равно.    

Я молчал. Сидел в кресле и не произносил ни слова, настраивая публику на соответствующий лад.

Так прошло минуты две. Пришельцы не проявляли никакой торопливости, видимо, заинтересовавшись тем, что я собирался сказать. Мои товарищи нервничали, взглядами подавая знаки, что пора уже брать слово.

– Братья по разуму! – спокойным уверенным голосом начал я. – Я не хочу говорить сейчас как юрист и не собираюсь вам что-то доказывать или переубеждать вас. Давайте на секунду отбросим земные предрассудки и оставим в покое рассуждения о вашем непонимании людей, а также о нашей склонности к разрушению… Я хочу поговорить с вами, как человек! 

Один из пришельцев «улыбнулся».

«Мы - всё внимание...»

– Вы слышали когда-нибудь настоящую тишину? Нет, не ту, которая наступает, когда за собой закрываешь двери, оставляя с противоположной стороны смех и веселье своих друзей. Я говорю о той ТИШИНЕ, когда поблизости нет никого и не от кого отгораживаться дверью. Когда вы оказываетесь совсем одни наедине с самими собой. Смотрите в ночное небо, а в сознании витает мысль: «Как же мы одиноки во Вселенной!» Постепенно всё больше и больше вас охватывает страх, испепеляя сознание чувством всевластия и беспомощности одновременно. Вам это знакомо?!

Экран «молчал». Пришельцы стояли без движения, обратившись в слух, прекратив мигать.  

– Вы можете уничтожить Землю. А дальше? Что случится потом? Цивилизация, достигшая наивысшего этапа своего развития окажется никому не нужной. Ваше всемогущество станет вашим же проклятием. Постепенно вам надоест наша Планета. И вы снова устремитесь в дальний путь. Будете блуждать между мёртвых планет и тусклых звёзд в надежде встретить иную расу, чтобы вновь почувствовать прилив радости от того, что вы не одиноки! Но никто так вам больше и не встретится…

Я сделал паузу. Посмотрел на Вику, Валентина Лазаревича, Марину и Олега…

Люди молчали, а их глаза выражали то самое, что я хотел, чтобы почувствовали пришельцы.   

– Вспомните радость, которую вы испытали, когда узнали о существовании человечества. Вы ещё не знали, кто мы, и на каком этапе развития находимся. Не знали наших порядков и правил. Но неужели для вас это было так важно? Главное, вы узнали, что вы не одиноки! Да, возможно, мы не оправдали надежд, пошли по неверному пути развития, начали разрушать экологию… Но скажите, не для того ли существует помощь? Ваша раса более развита, как технологически, так и информационно! Так может, именно ради этого вы столько лет нас искали? Чтобы протянуть руку помощи в преодолении трудностей, которые могут привести человечество к гибели. Может, за этим вы здесь?!

Я перевёл взгляд на экран.

Ни слов, ни предложений на нём не было. Он был чист, как и мои мысли.

– Мне больше нечего добавить, – я замолчал, мысленно моля всех известных Богов, чтобы инопланетяне приняли аргумент.

А в следующую секунду мне показалось, будто потолок обрушивается на голову…

 

Я открыл глаза. Удивлённо обвёл взглядом собственную спальню и повернул голову налево. Любимая безмятежно спала рядом. Я с облегчением вздохнул и покачал головой.  

Вот это мне и сон приснился! Дожил. Вчера, видать, изрядно наклюкался. Инопланетяне… уничтожение человечества. Хех! И пригрезится же такое!

Слава богу, хоть домой пришёл на собственных ногах после пьянки. Или меня всё-таки доставили, как особо ценную посылку?!

Я решил выяснить это попозже. Посмотрел на лежащий на тумбочке мобильный. Семь утра. Пора уже и вставать. Я отключил будильник и потянулся к любимой. Ласково провёл рукой по её щеке. Девушка смешно насупилась, но не проснулась.

Заулыбавшись, я склонился над её лицом и коснулся губами уст, даря нежный поцелуй.   

– Спящая красавица, пора просыпаться…

– Ммм… – девушка подарила мне сонную милую улыбку и сладко потянулась, напоминая маленького котёнка.

– Доброе утро, заюшка! Даже во время сна я по тебе безумно скучал.  

Улыбка любимой стала ещё шире, и она открыла глаза.

– Сашка… хихи!

– И чего мы смеемся?!

– Хыхы…

– Перестань! – я едва сдержался, чтобы не рассмеяться самому.

– Видел бы ты себя вчера после ресторана. Пришёл такой пьяный, но такой хороший, хихи.

– Иди в баню!

Любимая ещё раз хихикнула и снова сделала потягусики. 

Я с восхищением полюбовался её стройным прекрасным телом и в который раз подумал, что мне очень повезло с девушкой!    

– Не поверишь, котёнок, мне такой сон приснился!

– Ммм… почему же, поверю! Кто был сверху? – котёнок кокетливо нахмурила носик, пододвинулась ближе и положила голову мне на грудь.   

– Да нет… не тот сон, – я обнял любимую и стал гладить её по волосам. – Мне снилось, что меня похитили инопланетяне. Они хотели уничтожить людей, а я должен был их убедить не делать этого.   

– Угу, а летающих крокодильчиков во сне не было? Или разговаривающих мамонтов?!

Я засмеялся и покачал головой.  

– Нет. Не было.

– Странно. После вчерашнего к тебе и пингвины в гости на чай должны были заходить, – любимая улыбнулась.

– Да ну тебя… Это было так реально… летающая тарелка, элонавты… я воспринимал всё, как действительность. Переживал, испытывал панику и страх. А ещё я боялся, что больше никогда не увижу тебя…

Девушка приподнялась. Развернулась ко мне и заглянула в глаза. Её выражение лица приняло задумчивый вид.

– Любимый… всё хорошо. Это был просто страшный сон. Такое у всех бывает. Мне вот тоже как-то снилось, что я заблудилась в лесу и не находила дороги домой. Это просто игра подсознания…

– Да, наверное…  

– Главное, что ты здесь, со мной… – она наклонилась и поцеловала меня в губы. – К тому же, я нисколько не сомневаюсь, что если бы твой сон как-то был связан с реальностью, ты бы запросто переубедил бы пришельцев не уничтожать людей. Ты же умничка! Юрист! Кому, как не тебе нас защищать?

– Это ты меня так пытаешься успокоить?!

– Что-то в этом роде, – любимая лукаво подмигнула. – А сейчас давай я схожу в ванную, а потом приготовлю самому умному на свете юристу завтрак. 

– Ты меня смущаешь, и явно переоцениваешь.

– Это ты недооцениваешь себя, – моя принцесса показала язык, поднялась с кровати и направилась в санузел.

Я пожал плечами. Да не недооцениваю я себя! Всегда знаю свои реальные  возможности и рассчитываю на них.

Тем временем, память снова начала подсовывать мыслеобразы из сна про НЛО…

Я замотал головой. Нет уж. С меня хватит! И так весь сон провел, как на иголках!  

Я поднялся с постели. Снял пижаму и кинул её на стоящее рядом кресло.

Что-то упало на пол.

Очень удивлённый, я наклонился к предмету, выпавшему из кармана шорт. Часто заморгал. На полу лежала конфета в разноцветной обертке. Конфета, которую я взял из вазы в совещательной комнате на летающей тарелке!  

Е… понский велосипед! Так это был не сон?!

Словно в трансе, я опустился на кровать и довольно долго просидел так, с задумчивым выражением лица вертя конфету в руках. Заново вспоминал события нашего похищения, прокручивая в голове сохранившиеся воспоминания.

Значит, пришельцы приняли мой аргумент?

Я потёр щёки, всё ещё не веря в то, что произошло. А что бы было, если бы его не приняли? Неужели нас бы уничтожили? Я никогда бы не вернулся домой, не увидел свою любимую…

Содрогнувшись от этих мыслей, я отложил конфету на тумбочку. Хватит себя накручивать. Ведь получилось же! Я сейчас на Земле, дома, и это самое главное!

Интересно, а все остальные люди также восприняли космический вояж, как сон? Неплохо было бы их разыскать и поговорить… можно даже пойти всем вместе на телевидение с сенсационной историей. Впрочем, кто нам поверит?! А конфета... Никто даже и не подумает принимать её в качестве доказательства…

Я не заметил, как любимая вернулась из ванной. Когда поднял взгляд, девушка немного растерянно смотрела на меня. Из одежды на ней было только махровое полотенце.

– Саш… всё хорошо? У тебя только что был такой вид, будто случилось что-то ужасное…

Я отогнал мысли об инопланетянах и улыбнулся.

– Всё замечательно, родная! Лучше не бывает!

– Точно? – с хитрым выражением лица девушка соблазнительно начала приближаться к кровати.

– Точно… – прошептал я, – Иди ко мне…  

Полотенце легко соскользнуло на пол к её ногам…